Тамара Крюкова -Фант-Азия-


       <<Вернуться к списку материалов


Крюкова Тамара
"Нужно видеть мир глазами ребенка".

Тамара Крюкова, детская писательница, неоднократный лауреат литературных премий, автор 46 книг, выпущенных в 16 российских издательствах и переведённых на множество языков. Тамара рассказала "Жёлтой гусенице" о том, кто присваивает человеку гордое имя "писатель", как создаются её книги, почему важно любить всех героев, и хороших, и плохих, какие ощущения вызывает экранизация книги и как научиться получать удовольствие от чтения.

- Тамара, мне очень нравится ваше воспоминание о первой опубликованной книге: "Все думают, что это писатель книгу написал, а это я!". Это очень точное отображение мироощущения того, кто только входит в литературный мир. А когда вы наконец ощутили, что вы - писательница? С какой книгой это пришло?

- У каждого это случается по-разному. Я считаю, что гордое имя "писатель" присваивает народ. Для тех, кто не читал моих книг, я до сих пор не писатель. Многие из моих знакомых, с которыми мы довольно часто общаемся, понятия не имеют, чем я занимаюсь. Как-то раз моя приятельница по бассейну в душе, сказала, что ее сын читает только Крюкову. Было ужасно приятно, тем более что ребёнок - индиго, но у меня не хватило духу признаться, что я и есть Крюкова. Согласитесь, гoлый писатель в мыле выглядит не очень солидно.

- Первые истории для кого были написаны? О чём они были?

- Самую первую сказку "Тайна людей с двойными лицами", которая изначально была не книгой, а письмами к пятилетнему сыну, я писала для него. По стилю она напоминает "Волшебника Изумрудного города". Все дошколята обожают эту книгу Волкова. А потом у меня никогда не было привязки к конкретному читателю.

- Как вообще истории складываются в вашей голове? Понятно, что сначала был образ или впечатление. А дальше что? Двигаетесь вперёд, стараясь соответствовать правилам построения текста или пишете взахлёб, не оглядываясь ни на что?

- Ни то, ни другое. По правилам писать не могу. Правила ограничивают. Это все равно, что птице летать в клетке. Обычно я знаю начало и конец, но понятия не имею, что будет в середине. Пишу, спотыкаюсь, откладываю, берусь вновь, продвигаюсь дальше, опять спотыкаюсь, откладываю: И так до самого конца. Недавно я завершила новую рукопись под названием "Кот на счастье". А первую главу я написала в 2004 году.

- Ваши книги написаны в разных жанрах. А какой жанр у Вас любимый?

- Тот, в котором я работаю в настоящее время.

- А какой любимый герой?

- Я люблю их всех. Если героя не любить, он получится тусклым и неинтересным. Даже на отрицательных героев я не навешиваю ярлык - "они плохие". Я стараюсь найти причину их поступков, понять их. Только тогда герои начинают мне доверять и оживают.

- Расскажите о вашей работе над текстом, как она проходит? Бывает так, что приходится переписывать какие-то сцены?

- Бывает так, что я переписываю целую книгу. Когда я заканчивала работу над "Лунным рыцарем", мне в голову пришла интересная мысль, и я написала пролог. После этого у меня открылись глаза. Я поняла, что всё было не так. Рукопись ждали в издательстве, сроки летели в тартарары, но я села переписывать книгу. Я изменила все сюжетные линии, завершила работу и поняла, что пролог не подходит. Вот тогда я переписала пролог.

- По Вашим произведениям сняты два полнометражных фильма. Каково это - видеть своих героев на экране? Вы остались довольны экранизацией?

- Наверное, это чувство можно сравнить с ощущением молодой матери, которая девять месяцев носила ребёнка, а потом впервые вышла на улицу без него. Странный симбиоз нереальности обыденного. Я очень люблю "КостяНику". Фильм удивительно точно передаёт настроение книги. А в "Потапове, к доске!" видение режиссёра не совпало с моим. Режиссёр создал лирического героя, а у меня лирики нет, книга - это сплошная уморительная комедия.

- Общий тираж ваших книг превысил 1,5 млн экземпляров, вы - лауреат множества премий. Поделитесь, пожалуйста, что обязательно должно быть в детской книге, чтобы её так любили и читатели, и издатели, и друзья-писатели.

- На первый вопрос одной фразой не ответишь. Я могу целую лекцию прочитать о тонкостях взаимоотношений между читателем и писателем. Что касается издателей, иногда кажется, что они вообще не читают "чужих" книг. А насчёт друзей-писателей могу говорить только про себя. Если я понимаю, что у какого-то автора могу чему-то поучиться, то скупаю все его книги, читаю, порой возвращаюсь и смакую некоторые места. Есть авторы, у которых я уже ничему не учусь, но мне они нравятся. Тогда я тоже читаю все их книги, просто для удовольствия. А иногда мне достаточно одной книги, чтобы познакомиться с автором, хотя это может быть супер-мега-бестселлер. Но и в этом случае я не считаю, что книга плохая. Просто она не в моем вкусе. Чтение для меня радость, поэтому я ищу, за что я могу автора полюбить. Зацикливаться на негативе - не моё. От этого только портится настроение. Я считаю, не нравится - не читай.

- Как вам кажется, детский писатель должен воспринимать мир определённым образом? Или это не имеет значение, главное - только качество текста?

- "Качество текста" звучит несколько казённо. Я вообще не знаю, как воспринимать в искусстве качество. К примеру, живописцы эпохи Возрождения писали качественно, никто не спорит. А импрессионисты? На первый взгляд - мазня. Но отбросим "первый взгляд". Сколько эмоций! Какие чувства! Какое совершенство! Мне нравится импрессионизм. Поэты часто отходят от канонов, а вот прозаики боятся. Но если всё по правилам, всё запротоколировано, то над такими книгами читатель не станет плакать и смеяться. Он просто отметит "качество текста". А что касается восприятия мира, оно действительно должно быть особенным. Нужно уметь перевоплощаться в ребёнка. Есть великолепно написанные книги о детях глазами взрослых. Их с удовольствием читают взрослые, вспоминая своё детство, а ребёнка такой книгой не заинтересуешь. Нужно стать ребёнком и видеть мир его глазами.



Беседовала Юлия КУЗНЕЦОВА